Все школы в Молдове из-за эпидемии коронавируса перевели в режим онлайн-обучения. Онлайн-уроки сократили до 30 минут и проводят в Zoom. Преподаватель биологии лицея им. В. Боярницкого в Дрокии Наталья Хомицкая рассказала NM, как в школах организовали онлайн-обучение, почему «дети делают на уроках что хотят», а от контрольных практически нет толку, и почему нагрузка на учителей-пенсионеров выросла в два раза.
![](https://gagauzyeri.com/wp-content/uploads/2020/04/homitskaya-1024x817.jpg)
Эта история — первая из серии публикаций NM, в которых учителя рассказывают об опыте обучения в онлайн-режиме.
«Дети могут заниматься чем угодно, и ты этого не видишь»
Нам дали расписание онлайн-уроков в Zoom. В этом расписании учитель должен все подробно описать: тему каждого урока, домашнее задание, метод обучения и оценки знаний. Заполнение этого расписания занимает уйму времени.
Длительность уроков сократили до 30 минут, но напряжение от этих 30 минут не сравнить с напряжением от 45-минутного урока офлайн. На обычных уроках, когда учитель лицом к лицу с учениками, он может держать класс в руках. А тут — как внутри ядерного реактора, потому что у тебя нет возможности контролировать ситуацию. Дети делают что хотят: вместо своего фото выставляют в Zoom какие-то рожи и картинки, шифруются, могут заниматься, чем угодно, и ты этого не видишь.
Часто во время этих уроков слышится шепот родителей, то есть ты понимаешь, что аудитория гораздо шире класса. А тебе надо не только раскрыть тему, но и ответить на вопросы и еще решить какие-то организационные вопросы.
«Это разве контрольная?»
Не вижу никакого ощутимого эффекта от онлайн-уроков. Опросить детей устно на них нереально, поэтому остаются только письменные задания. Например, контрольные. Но разве я могу знать, как дети их выполняют? Во время контрольной они успевают связаться друг с другом, обменяться информацией, и в результате я получаю идентичные ответы. Это разве контрольная? К тому же на проверку не хватает времени: у меня на электронной почте скопилось около тысячи непроверенных работ. А от нас требуют сроки.
«Но к урокам еще надо готовиться»
Онлайн-уроки начинаются в 10:30 и заканчиваются в 15:00. Но к урокам еще надо готовиться. У меня по два шестых, восьмых, одиннадцатых и двенадцатых классов, еще один седьмой и один девятый.
В школе между уроками, как правило, есть промежутки: можно отдохнуть, проверить тетради и просто отдышаться. В Zoom такой возможности нет. Перерывов между уроками почти нет и надо следить, чтобы расписание соблюдалось минута в минуту. Чувствую очень большое напряжение и утомление, все на нервах, особенно когда из-за сбоев программы отключается трансляция.
На днях допоздна готовила контрольную для восьмого класса. Ее еще надо будет всем передать по электронной почте. А в пятницу до трех ночи писала отчет о работе за неделю.
Кроме подготовки к урокам, контрольных и разных отчетов, мне пришлось еще писать конспекты для шестого класса, так как программу изменили, а учебник остался старый. Поэтому на неделе до полуночи писала два конспекта по анатомии человека. Они заменят детям учебник. Писала от руки, потому что печатаю я медленнее, чем пишу. Передала конспекты классному руководителю, она их сфотографирует и отправит детям.
«Учебные программы отстали от жизни»
Биологию на БАКе выбирают считанные единицы, но это очень целеустремленные дети. Это обычно те, кто собирается связать свою жизнь с медициной. Туда дураки не идут. Там нужна память отличная, подготовка, сознательность, дисциплина. Поэтому врачей и не хватает.
За своих учеников я спокойна. Те, кто в этом году выбрал биологию, готовы сдать экзамен, если, конечно, его не перенесут. Моя ученица 12 класса заняла второе место на районной олимпиаде.
Но, если бы у меня была возможность поговорить с министром, я бы ему сказала, что надо пересмотреть отношение к фундаментальным дисциплинам, в том числе к биологии. Сегодняшние учебные программы отстали от жизни.
«У меня даже смартфона нет»
Я училась работать на компьютере, что называется, «методом тыка»: печатала планы, составляла документы. Но мне, например, не доводилось работать с электронной почтой. Зачем? Все, что надо было сдавать директору школы, я сдавала на бумаге.
Когда начали вводить карантин и закрыли школы, нам никто ничего не успел толком объяснить. Все стали общаться в Viber. А у меня вайбера нет, у меня даже смартфона нет. Мне всегда было достаточно простого (кнопочного) телефона. Дочь хотела помочь, но у нас в Дрокии не работает служба доставки.
Первую неделю онлайн-обучения я передавала задания по стационарному или мобильному телефону, но время закончилось, и деньги тоже. Пришлось всему, чему можно, научиться за неделю каникул, помогли дочь и зять (они давно живут в Кишиневе). Кроме прочего, дочь удаленно установила на мой компьютер этот Zoom.
«Бывает, что в течение дня мне поесть некогда»
Пока школа, за исключением отчетов, не контролирует нас так, как это делает в обычных условиях. Хотя на мои онлайн-уроки могут зайти классные руководители и руководство школы. Руководство очень мягко и уважительно просит нас: пожалуйста, помогите детям, не опускайте руки.
Но у нас много учителей-пенсионеров, и наше время уже прошло. Конечно, я могла бы еще давать знания, но от меня требуют то, в чем я не разбираюсь. Вот в прошлом году у нас были курсы, которые организовало министерство. Нас грузили всякими лекциями, но методы, о которых нам рассказывали, не работают в условиях онлайн-обучения. Надо было давно учить нас компьютерной грамоте и информационным технологиям.
Учителям-пенсионерам сейчас очень тяжело. Бывает, что в течение дня мне даже некогда поесть. Заканчиваются уроки и начинаются бесконечные звонки по телефону и в Skype. Звонят ученики, родители, коллеги, руководство тоже названивает.
На последнем педсовете в Zoom нам сказали, что министерство выделило по 2 тыс. леев. на компенсацию наших расходов. Такую сумму ежегодно выделяют на нужды учителей: например, эти деньги идут на оплату ксерокопий, которые мы делаем при подготовке к урокам, или на частичную компенсацию покупки компьютера.
Но эти 2 тыс. никак не покроют лечение моих глаз, если я их окончательно угроблю, сидя по 10-12 часов у монитора. Тем более эти деньги не спасут от обострения хронических болезней и ухудшения здоровья от чрезмерных нагрузок. Вот у меня, например, обострился сахарный диабет. Все это от того, что почти не отдыхаю, недостаточно сплю, много нервничаю. А диабетики к тому же в группе риска при заражении коронавирусом.
В школе работаю без малого 40 лет. Год назад оформила пенсию. Подписывая контракт со школой, я не думала, что придется работать «внутри ядерного реактора». Впрочем, год назад сложно было предположить, что такое вообще может случиться: пандемия, карантин, онлайн-обучение.
***
По информации министерства просвещения, в Молдове в 2017-2018 учебном году каждый пятый школьный учитель старше 60 лет. В районах эта доля значительно выше. Стаж работы каждого второго учителя — свыше 20 лет. Более свежей информации о возрастной структуре педагогического корпуса нет. Но, по прогнозам министерства, доля учителей-пенсионеров в 2021 году достигнет 41%.
АВТОР: НАТАЛЬЯ ТИТОВА