Пятница, 23 сентября, 2022

«Страна топит кизяком». Как Молдавия становится жертвой «энергомора»

Сейчас читают

«Общественный совет» Херсонской области просит провести референдум о вхождении в Россию

«Общественный совет»  Херсонской области выступил с инициативой о немедленном проведении референдума о признании региона субъектом Российской Федерации. «Вхождение в состав России...

Соседи приготовились потрошить Украину

С какой целью западные политики озвучивают территориальные претензии На Украине с возмущением обсуждают выступление бывшего главы МИД Румынии Андрея Марги,...

Исполком израсходовал 700 тысяч леев на праздник гагаузских сундуков

В селе Кирсово Комратского района, прошел фестиваль сундуков и приданных невест. Были представлены экспозиции сундуков и приданных невест. Самым...

Молдавия стремительно погружается в энергетический кризис – и выражается он вовсе не только в многомиллионных долгах Кишинева перед Газпромом. Как в столице страны проходят «кизяковые протесты», растут цены на топливо и на хлеб, а жители покидают обнищавшее государство – на месте событий наблюдал специальный корреспондент газеты ВЗГЛЯД.

«Stop Energomor!» – требуют собравшиеся у парламента Молдавии. В центре Кишинева – несколько сотен протестующих, в руках – флаги и транспаранты, лопаты и пакеты. В пакетах – если по словарю, то «прессованный навоз, употребляющийся как топливо на юге и на востоке». А если попросту, то – кизяк.

Кизяковый аргумент – один из важнейших в ландшафте молдавской уличной политики. К нему прибегают, если речь заходит о российском газе и молдавских ценах на него. В первую очередь – когда они растут, разумеется. В 2018 году, например, оппозиционный политик Михай Попшой выходил на протест – нет, не с брикетами, а с плакатом «Страна переходит на кизяк, вам не стыдно?».

Теперь Попшой – вице-спикер парламента. А Майя Санду, его соратница по тогдашним протестам против высоких тарифов – президент страны. Попшою вручали похожий плакат в прошлом ноябре, прямо в парламенте. А совсем недавно, на очередной протестной акции, митингующие выставили картонную фигуру нынешнего вице-спикера, снабдив ее злополучным плакатом – тем же, но чуть перефразированным: «Страна топит кизяком, а нам вообще не стыдно».

До самого «прессованного и употребляющегося» в политической полемике доходит все же редко. Здесь, у парламента Молдавии – как раз такой случай.

* * *

– Тут тонны! – сообщает один из протестующих у парламента; в руке – плакат «Топите за себя», за спиной – наполненный черный пакет. Тонны – не тонны, а сотня-другая килограммов кирпичей из той самой субстанции вполне может и набраться.

– Две тысячи лей для нас – обычная пенсия, – говорит Анна Сырбу. Две тысячи – это около десяти тысяч рублей. Тяжелого мешка у Анны за плечами, понятно, нет. Зато плакатов у нее – сразу два: «Топите за себя сами», по-русски и по-молдавски. – Мы, бабки старые, на мусорку ходим иногда к магазинам. То есть все чаще.

Куб газа нынче – 16 леев (67 рублей). За январь Анна потратила 250 кубов. Итого только за газ – две обычные пенсии, четыре тысячи (около 17 тысяч рублей). У Анны два сына, оба не в Молдавии и при работе – так что для самой Сырбу «мусорка» близ продмага, к счастью, скорее всего, фигура речи.

Все остальное – новая реальность, данная непосредственно в ощущениях от платежек. Газовые тарифы «для людей» в Молдавии держали на плюс-минус щадящем уровне долго, но с начала года пришлось поднять и их. Примерно в полтора раза – и как раз на отопительный сезон. Зима тут, конечно, совсем не российская, но батареи при скользком небольшом плюсе не менее необходимы, чем когда за окном снег.

Молдавский бюджет, если считать в долларах – 2,8 млрд. Дефицит бюджета – 855 млн долларов. Поставщик – Газпром, многолетний долг Молдавии за газ – более 700 млн долларов.

Это по правому берегу Днестра. На левом – непризнанное Приднестровье, и газовый долг там свой, на порядок больший: около 7 млрд долларов, о которых разговор отдельный – и, естественно, не с Кишиневом. От чего последнему, понятно, не легче. Хотя бы потому, что поставки российского газа в Молдавию, как было решено прошлой осенью, идут только при стопроцентной ежемесячной оплате – раз, и в привязке к европейскому рынку – два. В декабре, например, тысяча кубов обходилась Молдавии в 450 долларов, а в январе вышло почти 650.

С одной стороны, помесячный график платежей не лишен смысла, прежде всего для молдавской стороны: не накапливаются новые долги, а на них – проценты, и весьма высокие. С другой – очевидны проблемы. И с тем, как просто раздобыть денег. И – едва ли не главное – как закрыть разрыв между закупочной ценой и суммой, которую платят Анна Сырбу и другие жители Молдавии.

С этим в январе и возникли трудности. Часть оплаты за российский газ – 34,3 млн долларов из положенных 63 млн – задерживали до последнего, сопровождая поиски денег призывами к «дружественным шагам», то есть к очередной отсрочке. Тем не менее, месячный контракт так или иначе был исполнен полностью, и хоть «на флажке» – но точно в срок. Контракт с оплатой в феврале, по сообщениям молдавской стороны, закрыт. Что и как дальше – будет видно каждый месяц, хоть схема Молдавии и неприятна.

– Светлое будущее наступило, – сообщает очередной оратор на фоне небольшого кургана из мешков и собственно брикетов, уложенных на клеенку перед парламентом Молдавии. Светлое будущее, оно же «хорошие времена» – элемент риторики нынешней правящей партии: мол, ростки всего доброго и правильного уже посеяны, остается ждать всходов. – За полгода мы откатились в глубокое средневековье. Единственное, что у нас есть из полезных ископаемых, – это кизяк.

Набор ответов митингующим и всем, кто сочувствует нынешней оппозиции, стандартен. Во-первых, тарифы устанавливает не правительство как таковое, а профильное национальное агентство по регулированию энергетики (НАРЭ). Во-вторых, прежние власти Молдавии за три десятка лет не сделали ничего, чтобы диверсифицировать источники энергии.

Достается и собственно недиверсифицированному источнику – Газпрому. В Кишиневе не согласны с суммой долга и процентов, по этому поводу идут переговоры с поставщиком. Подключение к этим переговорам экспертов от оппозиции – одно из требований тех, кто принес к парламенту мешки.

Казалось бы, узкоспециальный вопрос. Но сейчас и он занял значимое место в палитре молдавской уличной политики. Еще бы ему не занять. Когда, например, хлеб в Кишиневе в феврале дорожает на треть.

– Двадцатирублевый, да? – показывает Василий Николаеску на круглый серый хлеб. Один из трех, которые дают в одни руки в ближайшем магазине.

Получить хлеб по социальной цене – четыре лея, примерно двадцатка российскими и есть – в Кишиневе означает проснуться ближе к семи утра, пойти к магазину и встать в очередь. Из тех же «пенсионеров на две тысячи лей», к которым относится и Василий.

– Двадцатирублевый, да? – показывает Василий Николаеску на круглый серый хлеб. Один из трех, которые дают в одни руки в ближайшем магазине.

Получить хлеб по социальной цене – четыре лея, примерно двадцатка российскими и есть – в Кишиневе означает проснуться ближе к семи утра, пойти к магазину и встать в очередь. Из тех же «пенсионеров на две тысячи лей», к которым относится и Василий.

Действительно, не Евросоюзом единым. Официальные данные по зарегистрированным в России жителям Молдавии выглядят так: за 2019 год – почти 460 тысяч человек. За 2020-й – меньше, чем половина: 217 тысяч. 2021-й в открытый доступ еще не завезли, но предположить, что молдавских работников не стало ни меньше, ни сильно больше – вполне возможно. Потому что с точки зрения миграции определяющий фактор последних двух лет – один и тот же: ковид. Молдавия – не в ЕвразЭС и не в прочих союзах с Россией, исключая СНГ, поэтому эпидемиологические ограничения трудовой миграции затронули ее граждан непосредственно.

Но двести с лишним тысяч – это все равно пять процентов от всего населения Молдавии. На круг, если брать с детьми, со стариками – и с непризнанным Приднестровьем, у которого своя экономика и до четырех паспортов на душу населения: собственный, российский, украинский и молдавский; поди распиши с таким каре миграционные потоки из Тирасполя и окрестностей.

И это, снова повторим – в одной только России и лишь те, кто свои отношения с РФ полностью узаконил. По цифрам молдавской Службы информации и безопасности, которыми время от времени оперируют молдавские СМИ, есть два государства, где трудятся по полумиллиону жителей Молдовы. Одно – Россия, другое – что совершенно не странно, учитывая близость языков – Италия.

Не считая Румынию и прочую Восточную Европу. Да и просто Европу как таковую.

* * *

В парке Штефана чел Маре, бывшем Пушкина – маленький кишиневский Париж, с уличными кафе и пока что закрытым на зиму фонтаном. Пушкин, несмотря на переименование, стоит – как поставили еще при Николае II: маленький бюст на высоком длинном постаменте. В динамиках вокруг фонтана «Я не знаю, что мне делать с этою бедой» и другие разновременные русские хиты сменяются то ли молдавской, то ли румынской эстрадой; спроси – путаются люди, когда речь идет о новых исполнителях, кто из них откуда.

Вопроса с русским языком на бытовом уровне в Кишиневе практически нет: весьма в ходу – в меню, на улицах, при разговоре в магазинах. И улица Пушкина в центре города по-прежнему пересекается с улицей Щусева – автор Мавзолея родился здесь. Основной же язык в Молдавии, по декларации о независимости (август 1991-го, только что справили тридцатилетие), сайту президента Майи Санду и главному предмету в молдавских школах – уже румынский. Коллеги-журналисты, не желающие терять аудиторию ни с той, ни с другой стороны, говорят «государственный»; паллиатив не хуже других.

На государственном уровне особенной дружбы России и Молдавии не предлагалось и при прежних властях страны, произносивших куда более приятные для Москвы слова. Сейчас, когда европейские устремления Майи Санду и ее коллег очевидны более чем полностью, в двусторонних отношениях ничего лишнего не осталось. Тот случай, когда уходит риторика, позволявшая одной из сторон ожидать непонятно чего – да и того, стало быть, не дожидаться, – и остается полная ясность.

В том же топливном вопросе, например. Молдавии нужен газ. России – прежде всего, надежный покупатель. Вовремя рассчитывающийся и не залезающий в дополнительные долги. Которому в нынешней ситуации, конечно, важнее всего, чтобы не произошел тот самый Energomor.

Источникvz.ru
Черезvz.ru
Подписаться
Уведомление о
guest
0 комментариев
Inline Feedbacks
Посмотреть все комментарии

Последние новости

Депутат Александр Тарнавский в программе «Коридоры власти»

Депутат Народного Собрания Гагаузии Александр Тарнавский в программе "Коридоры власти". https://www.youtube.com/watch?v=z-t2aSl2txw

Песков: РФ быстро примет решение по итогам референдумов в республиках Донбасса

Пресс-секретарь российского президента Дмитрий Песков заявил, что Россия быстро примет решение о вхождении в свой состав "Донецкой и Луганской народных республик" в случае соответствующих...

Вадим Чебан объяснил почему повысился тариф на газ

Председатель MoldovaGaz Вадим Чебан объяснил зачем было необходимо повышать тариф на газ. Одной из основных причин он назвал тарифные отклонения, которые накапливались с начала...

«Хватить проводить праздники сундуков и сурков» — гагаузские депутаты просят Исполком “не жировать на шее народа”

Депутаты Народного собрания Гагаузии возмущены тем, что Исполком тратит бюджетные деньги на “потешные мероприятия”, такие, например, как праздник сундука. Ранее НСГ  просило Исполком сократить...
- Реклама -
- Реклама -

Другие похожие новости